В музеи нас никогда не тянуло (кроме случаев, когда в них хорошо кормили), и обычно мы там оказываемся по прихоти обстоятельств: экскурсовод, плохая погода - причин не так уж и много. Если бы не сегодняшний ливень, мы ни за что не отправились глазеть на шедевры мирового искусства в Лувр, а так даже выполнили часть обещания, данного после посещения Эрмитажа в прошлом году.

Оказавшись под знаменитым колпаком главного входа, мы невольно восхитились смелости архитектурной задумки Бэй Юймина.

В подвальном помещении музея мы прошлись вдоль остатков стен крепости, когда-то стоявшей на этом месте. Досадно, что замок не дошел до наших дней, ибо, судя по макету, он был знатным сооружением.

В любом крупном музее мы, обычно, направляемся в отдел египтологии, грекологии, римологии и гончарного дела.

В зале номер 12 первого этажа у окошка, скромно сложив руки на коленях, сидит Рамсес II.

А у нас на полке в квартире тоже такая стоит. Ну, почти такая. По крайней мере, очень похожа. Мы ее в египетской сувенирной лавке прикупили.

Египтяне, как известно, вообще очень любили кошек. Усопших любимцев они бальзамировали и хоронили вместе с игрушками и в окружении бальзамированных же мышек - чтоб хватило у животного провианта на пути в загробное царство.

Как-то даже непривычно видеть подобные статуэтки в такой жизнерадостной раскраске.

Аменофис IV, известный более как Эхнатон. Фараон этот пришел к выводу, что бог един, и принялся насаждать (как водится - в основном мечом) монотеизм, с параллельным разрушением всего посвященного другим идолам. Инициатива эта после смерти правителя быстро сошла на нет, и Тутанхамон (тот самый!) быстро возродил многобожие.

Египетский бюрократ образца примерно 2500 лет до н.э.

В залах с древней греческой декоративной посудой пусто точно так же, как и в Эрмитаже в комнатах с подобной экспозицией.

Повидались с Афродитой, широко известной в массах как Венера Милосская. Афродита нашлась на острове Милос с руками и постаментом, но в результате конфликта французов и турков лишилась и того, и другого. Мне вот одно непонятно - а что фотографируют туристы с той стороны статуи?

Тоже Афродита, только модели "Венера Стыдливая". Греческий оригинал утрачен, а римлянами было понаделано бесчисленное количество копий, рассредоточенных сейчас по всему миру. В Эрмитаже, кстати, такая скульптура тоже присутствует, и даже была нами запечатлена.

Этот голый парень - гладиатор, каким его представлял себе скульптор в 300 году до н.э.

Покинув этажи с антикварными греко-римско-египетскими экспонатами, мы отправились знакомиться с шедеврами эпохи Возрождения.

Восставший раб в исполнении Микеланджело. Говорят, что к этому времени (1513-1516 гг.) мастер достиг такого уровня мастерства, что его работы нужно видеть не только фронтально, но обязательно обойти вокруг, ибо со всех сторон есть нюансы прекрасного.

Ну и, конечно, заглянули к госпоже Моне Лизе с желанием узреть ее ухмылку лично. Картина помещена в тройное остекление и огорожена десятиметровым периметром, так что детали самой знаменитой улыбки и окружающего ее пейзажа разглядеть не удалось.

Из красот классицизма хотелось бы отметить сценку из мифической жизни "Купидона и Психеи", изготовленную итальянцем Антонио Канова. В Эрмитаже такая тоже есть, но она - лишь жалкая копия.

В этот момент мы почувствовали культурное пресыщение и физический голод. Двинули было к выходу, но найти его оказалось задачей далеко не самой простой. Зато случайно попали в зал, который мне особенно понравился.

Имя ему - выставочный зал Манеж.

Точнее, понравился не сам зал, а его содержимое. Впрочем, сам зал тоже хорош.

Умели римские деятели от искусства передавать движение...

Грациозная Фетида. Даму нашли без головы, так что лицо смоделировано реставраторами.

Если вы подумали, что это негр, то вы крайне неправы. Это старый моряк. Второй век нашей эры.

Ну а мимо симпатичного статного льва я вообще никогда не мог спокойно пройти.

Голод уже перешел от робких напоминаний о себе к решительным мерам, терпеть которые сил уже никаких нет. Но минут двадцать мы все равно потеряли, пока искали выход из этой западни под наименованием Лувр.

А вот теперь надо снова попасть в Эрмитаж, чтобы окинуть его критическим взглядом и прочувствовать то разочарование, что испытал когда-то наш чешский приятель Алеш.