Первомай мы решили отпраздновать посещением исторических диковин, тем более что погода способствует. Подобрав всех желающих и плотно прикрыв двери, мы ринулись (без стеснения используя лошадиные силы нашего авто) по Мурманскому шоссе до отметки в 67 км. Правда, прямо на выезде из города уперлись в пробку, но ничего страшного - где-то мы не там свернули, просвистели по КАДу до какой-то другой дороги, довольно быстро приведшей нас к уже освободившейся от затора трассе. Слава GPS!

Первым пунктом нашей туристической программы значится село Путилово, а точнее - его окраина, еще точнее - кладбище, и если уж быть совсем педантичным, то прибыть мы желали в точку N 59° 52.044' E 31° 25.770'.

Здесь доживает свои последние дни Тихвинская церковь.

Здание доведено до такого состояния, что его проще снести из милосердия, чем залатать и снова ввести в строй.

Бродить внутри небезопасно - сверху периодически срываются кирпичи и, грузно просвистев, смачно приземляются.

Позади церкви - действующее и ухоженное кладбище, так что возрождение Тихвинской церкви, в новом теле или с помощью имплантантов, наверняка не за горами.

Ну а наша самостийная экскурсионная группа, осторожно объезжая ямы, прибывает в Новую Ладогу. Несколько лет назад мы посещали Старую Ладогу - несмотря на возраст, она выглядела вполне себе ничего. Новая же оказалась более неприглядной.

Не подумайте, что мы некрофилы какие-нибудь, но сперва нас потянуло на кладбище. Причина этому есть - за оградкой стоят пережившие не одно столетие храмы бывшего Николо-Медведского монастыря. Правда, сейчас обоим наводят красоту, которую скрывают за лесами. На фото - Собор Рождества Пресвятой Богородицы, впервые выстроенный в 1702-м, и затем пару раз переделывавшийся.

В элементы его наружного декора искусно вписались голуби, хором занимающиеся гигиеническими процедурами.

В петровские времена именовался храмом св. ап. Иоанна Богослова.

Снаружи апсиды на стене имеется икона, у подножия которой прикреплены свежие искусственные цветы.

А вот, кстати, и вторая церковь, весьма потрепанная временем и вяло ремонтирующаяся. Это собор Николая Чудотворца, впервые появившийся на свет не позднее 1500 года.

Сзади к храму пристроена симпатичная винтовая лестница, служившая когда-то для доставки паломников на второй этаж, где хранились святыни.

Сразу понятно, что мы не в Питере - и лестницы к реке не гранитные, и водную гладь бороздят отнюдь не прогулочные "калоши". Лишь только самолеты в небе такие же. Ах да, это - Волхов, практически уже впавший в Ладожское озеро.

Продолжаем. На очереди - Спаса Нерукотворного рукотворная церковь, появившаяся стараниями заинтересованных лиц в 1758-м.

Сейчас сей храм никем не используется; внутри пусто и прохладно.

Рядом устремила вверх башню Церковь Священномученика Климента Римского и Петра Александрийского. Устремила еще в 1743-м.

Внутри более-менее чистенько, и даже сохранились кое-какие настенные росписи - их попросту заколотили ДСП, а не замазали. В тяжкие для православия советские времена исполняла обязанности то ли кинотеатра, то ли производственного цеха. Сейчас служит местом уединения местного населения - при нас парочка в глубине занималась распитием алкогольных напитков марки "водка".

Мирные улочки Новой Ладоги.

Провинциальный налет обманчив - мимо на раз проносятся свадебные кортежи из Хаммеров.

В общем, Новая Ладога - место, в целом, неплохое, но ему еще есть куда вкладывать деньги в ремонт. Бросив прощальный взгляд на протекающий мимо Волхов, отбываем к следующему объекту, обозначенному в нашем экспедиционном маршруте.

Для этого мы мчимся по шоссе в сторону Тихвина. Я сказал "мчимся"? Это не совсем так: дорога состоит из чередующихся отличных и совершенно раздолбанных участков. Ну да ладно, в конце концов, ничто не вечто - ни мы, ни наше авто...

Дымский монастырь (а если привередничать, то Антониево-Дымский Свято-Троицкий монастырь) имел трудную судьбу. По преданию, его основал Антоний у Дымского озера в 1243-м. С тех пор любой пришедший с востока или с запада враг (татары, шведы, whatever) считал своим долгом строения пожечь, а содержимое пограбить. Понятное дело, что после революции до религиозной обители дотянулась и еще коммунистическая рука, активно использовавшая постройки в качестве источника кирпича. Затем тут побывали школа трактористов, психбольница и склад. В общем, к началу 90-х от Дымского монастыря уже практически ничего не осталось.

От главного собора сохранился только остов четырехъярусной соборной колокольни, вокруг которого, не торопясь, степенно, сейчас возводят новый корпус.

При входе стоит банка с краской и кисточкой, и каждый может надписать кирпич своим автографом.

Пока церковь Пресвятой Троицы проходит оздоровительные процедуры, службы проводятся в Храме Антония на водах - пример успешного обращения в православие простой советской котельной, родившейся в 60-х годах.

В 1994-м году у камня, где Антоний молился, был установлен четырехметровый крест из дерева. В моменты весеннего разлива он очень красиво смотрелся, как бы паря над водой. За два дня до нашего приезда он рухнул, приняв параллельное дну озера положение.

Приятно удивили монахи: обычно, завидев человека с фотоаппаратом на территории, они бросаются с перстом указующим, мол, вон отсюда, здесь вам не музей. Тут же нам рекомендовали, куда нужно залезть, чтобы вид был прекраснее. А еще они любят выращивать цветы.

В общем, желаем этому месту процветания и благополучия, и чтобы больше ни одна вражеская и отечественная сволочь на имущество обители не посягала. Что касается нас, то мы выходим на финишную прямую, прибывая в конечный пункт - Тихвин.

При въезде за деревьями мелькнула какая-то церковная главка. Нога как-то сама нажала на тормоз.

Оказалось - Беседно-Никольская часовня, "свежак" - 2007-й год постройки.

В наличии, помимо часовни, еще и колодец, но святая ли в нем вода, выяснить не удалось. Сертификата святости к колодцу не прибито, а спросить не у кого.

Так получилось, что сегодня мы бродили, аки призраки, по развалинам былого величия православного мира. Не вызвать некоторую грусть нонешнее состояние посещенных мест не могло, и вернуть себе хорошее настроение можно было только вкусным и усугубленным пивом ужином и крепким, психически оздоравливающим сном, чем по прибытии в гостиницу (кстати, недурная ночлежка оказалась - "Старый дом"; несмотря на название, очень даже новая) и занялись.